То, что форматы QQ Zone на компьютере и на телефоне несовместимы, страшно раздражает. И система прав доступа у него очень древняя. Автор решил сделать ещё одну копию, немного её поправить и опубликовать здесь. Прошу читателей отнестись снисходительно.
С тех пор как я окончил старшую школу, я давно не возвращался в QQ Zone писать дневники. Сейчас у меня внезапно возникло настроение, нашло вдохновение, и мне захотелось высказаться вволю — поэтому я вернулся.
В интернете я познакомился с немалым числом друзей, а в реальности сохранил их немного. Друзья, пандемия в последнее время действительно тяжела; надеюсь, вы прежде всего побережёте своё здоровье и позаботьтесь об окружающих.
Когда у вас будет свободное время, давайте вернёмся к тексту ниже и как следует поговорим.
1. До окончания университета
До окончания университета я все свои статусы и дневники до 1 сентября 2017 года «запечатал» — новой тогда функцией QQ Zone.
Оглядываясь назад, возможно, на меня тоже повлияло ускорение и удешевление доступа, случившееся около 2017 года (см. пост tombkeeper в Weibo https://m.weibo.cn/1401527553/4769417797832257 ). За это время китайский интернет сильно изменился (вообще говоря, это произошло, возможно, даже раньше 2017 года). Из-за этих перемен мне кажется, что слово может быть уже не таким свободным, как раньше. Тот интернет, где, по моему представлению, все были счастливы — в то время моя духовная чистая земля, — кажется, возможно уже остался в прошлом.
Кризис внушал мне ужас. Меня тревожил не только вопрос работы накануне выпуска — было ещё очень, очень, очень много бытовых и психологических проблем, требовавших решения. Но я всё ещё верил, что в этом хаотическом мире знания дадут мне смелость.
В университете я учился самому разному, что было мне по силам. Немало увлечений не требуют больших денег и дружелюбны к новичкам, и в итоге моей тройной духовной пищей стали программирование в духе математики, аранжировка в духе музыки и сочинительство в духе словесности — возможно, всё это связано с два-дэ-цзы, понятием, которое теперь стало размытым, но в моей душе символизирует открытость и терпимость.
Мне повезло: к выпуску я сделал относительно правильный выбор — стать работником интернет-отрасли. С одной стороны, программирование мне действительно нравится (возможно, не так уж сильно), мне нравится его для меня «управляемость»; с другой стороны, программирование дало мне больше положительной обратной связи. Эти две стороны дополняют друг друга.
Программирование в каком-то смысле похоже на математику: в математике, следуя аксиомам, можно вывести теоремы; следуя теоремам, можно узнать результат вычисления. Объективные законы не меняются от субъективных взглядов человека. Так же и в программировании: следуй тому, как работает компьютер, — и что ты введёшь, то компьютер тебе и выдаст, вот и всё.
Разумеется, по-настоящему познакомившись с программированием, я обнаружил, что до смешного простым делом является только вывести Hello World в консоли. Я, выросший не в городе первой линии, естественно, не был интернет-гражданином первого набора и к своему старту уже отставал от многих лучших сверстников: я писал Hello World, а другие, возможно, уже занимались ныне модными исследованиями ИИ.
Но какая в этом важность? Те, кто одарённее тебя, ещё и старательнее — так что, твои старания уже бесполезны? С этим я никак не могу согласиться. Это одна из причин, по которой в старшей школе я написал «Медленный стон» . Наше образование тех лет смотрело только на оценки каждого и упускало роль коллектива: каким бы выдающимся ни был человек, его личные силы ограничены; только сотрудничество между людьми позволяет делать лучшие вещи.
Жаль, что большинство тогдашних учителей не умели воспитывать (те, кто учился в одной школе со мной, вы, уже выросшие, понимаете, кого я имею в виду). А перекос в распределении образовательных ресурсов, несовершенство системы образования и прочее привели к странному явлению: у учеников с лучшими оценками чаще всего очень плохие отношения с людьми.
Я не хочу здесь обсуждать почему (немного задействуем серые клеточки, о которых говорил Пуаро); я хочу лишь сказать, что мои старания и твои старания — это наше личное дело, дело ответственности каждого за свою жизнь. Ничто не может заставить тебя не стараться.
Разумеется, нынешняя интернет-политкорректность — это «лечь и лежать». Я тоже лежу, но я лежу потому, что устал и мне нужен отдых (и правда, раньше мне действительно нужен был отдых), а не потому, что «захотел полежать — и лежу, стараться не буду, а старание — это то, что называют “цзюань”» (если кто-то действительно так думает, то я советую вам не читать дальше, иначе вы лишь поразмыслите кое-как, а потом разозлитесь и захотите меня обругать).
Интернет дал ход разным так называемым модным словечкам, и они вовсю важничают, а это подсознательно влияет на понимание людьми слов. Некоторые сетяне — не понять, роботы они, проплаченные боты или что-то ещё, — своей однообразной манерой выражения не ровня даже нынешнему ИИ (да, например ChatGPT). Поглядите: это разве не провал образования?
Это не провал образования. Потому что в некоторых местах и в некоторые периоды образования попросту не было. Так что, возвращаясь назад: хотя я постоянно иронизирую (ладно, возможно, не постоянно) над образованием, которое мы получили, по крайней мере по сравнению с некоторыми вещами, которые я увидел после выпуска, правила, которых мы держались в школьные годы, были уже довольно устойчивыми, довольно простыми и скорее поощряющими хорошее в человеке.
2. После окончания университета
После выпуска прошло уже больше 4 лет работы. Я пережил несколько больших и малых событий, и как раз недавно из-за пандемии, командировки, временного затишья в работе и разных других причин я не могу заняться ничем иным, так что у меня есть досуг поздней ночью высказывать эти размышления.
О разных коллегах, с которыми я сталкивался, и об общей рабочей среде интернета мне не хочется здесь много говорить (думаю, за 4 года наблюдений не наберётся ничего, о чём стоило бы рассказывать подробно). Продолжить я хочу вот с чего: даже во вчерашнем дне, казавшемся стремительным развитием, и в сегодняшнем, замедленном из-за трёх лет пандемии, у китайского интернета по-прежнему есть светлое завтра. Пандемия принесла миру огромные перемены, и это второй раз после интернета-2017, когда я ощущаю волну эпохи. Волна может накрыть человека, но она больше не внушает мне такого ужаса.
Вскоре после начала пандемии я перешёл из одной компании в другую и живу в городе, где пусть и не хватает культурной основы, но он относительно открыт и экономически развит. Новая компания не очень похожа на прежнюю: люди моложе, легче в общении, открытее и свободнее — таким, по моему представлению, и должен быть интернет. Я проработал там некоторое время, а затем по разным причинам (и личным, и коллективным) перешёл в нынешний отдел. Новый отдел в ещё более открытом и терпимом городе, и я чувствую, что положение стало лучше прежнего.
Разумеется, в разных компаниях разные отделы; и нынешний отдел не идеален, он просто подходит моему нынешнему состоянию. И с коллегами, с которыми я работаю, и с тем, что мы делаем, я чувствую себя свободно; трудности есть, но мы их вместе преодолеваем; если что-то есть, все говорят открыто. Работа по сути остаётся одним из множества способов человеческого общения, так что для меня работа — не только зарабатывание денег.
Как я упоминал в «Медленном стоне» : человек всё-таки не машина. Человек и не инструмент. Я могу понять разное отношение работающих людей к разным вещам, но у меня будет и свой выбор, и, как в программировании, я немного предвижу результат того, что делаю. По крайней мере пока отклонение мировой линии всё ещё в пределах наблюдаемого, не так ли?
Иллюзорные произведения происходят из крика реальности, а изменения мира — из объективных законов. Думаю, ещё долго законы человеческой природы не изменятся, значит, и мой способ обходиться с людьми тоже должен остаться неизменным.
Мне повезло, и я благодарен, что у меня есть ответственные родители, которые всю мою жизнь учат меня, как ладить с людьми. С одной стороны, они учителя и лучше знают, как воспитывать детей; с другой — они любят меня, и пусть порой это сурово, это всё равно лучик света в зимнем дне.
Разумеется, я встретил и многих друзей; откуда бы они ни были, мы соединяемся и общаемся — или в реальности, или через тысячи оптических волокон, — и вы для меня, для моего понимания этого мира и для самого этого мира, необходимы.
В этой статье не использован какой-либо серьёзный жанр. Если судить по современной литературной классификации, это скорее эссе или заметки; если по современным носителям развлечения — длинный вэйбо, склеенный из нескольких коротких. Так что если у вас есть претензии к структуре, я отвечу названием песни The Beatles: Let it be.
3. Сейчас
Напоследок приведу отрывок из одного из моих любимых китайских сериалов, «Сказания Улиня», — в назидание нам обоим.
Ли Дацзуй: Эх, скажите, ради чего вы, собственно, учитесь
Люй Сюцай: Поначалу я учился ради чинов и славы
Ли Дацзуй: Эх, это правда
Люй Сюцай: А потом, чем больше читал, тем больше терял опору — столько книг, целые горы
Ли Дацзуй: Эх-эх, от учения ещё и порыв бывает
Люй Сюцай: Не порыв —
Го Фужун: Кхм-кхм
Люй Сюцай: — порыв, порыв. И от этого порыва потом вдруг как поймёшь
Люй Сюцай: Как сказать… вот хотя бы дружба: в ней важна душа, а не учёность
Люй Сюцай: Мы учимся не для того, чтобы хвастаться, а чтобы лучше друг друга понимать
По причинам авторских прав неудобно выкладывать картинку напрямую; кому интересно, поищите: серия тринадцатая, «Дацзуй ради самолюбия изображает литератора, Сянъюй ради спасения устраивает состязание», 17 минут 02 секунды.
После встречи всегда будет новая встреча; друзья, увидимся в следующий раз.
— Написано 10.12.2022